Margaret Seton - Индекс потомака

Из пројекта Родовид

Особа:1086045
Generation of a large tree takes a lot of resources of our web server. Anonymous users can only see 7 generations of ancestors and 7 - of descendants on the full tree to decrease server loading by search engines. If you wish to see a full tree without registration, add text ?showfulltree=yes directly to the end of URL of this page. Please, don't use direct link to a full tree anywhere else.
11/1 <?+?> Margaret Seton [Seton]

2

31/2 <1+1> w Frederick Hamilton [Hamilton]
Свадба: <2> Sidney Vaughan [Vaughan]
Смрт: 1646
22/2 <1+1> Margaret Hamilton [Hamilton]
Свадба: <3> William Douglas [Douglas] b. 1589 d. 19 фебруар 1659

3

41/3 <2+3> Grizel Douglas [Douglas]
Смрт: NOWN
Haren/Anderson and Brownlees of Torfoot/Wilcox to Charlemagne; KJB


http://www.clanmacfarlanegenealogy.info/genealogy/TNGWebsite/getperson.php?personID=I18147&tree=CC
62/3 <2+3> Margaret Douglas (Alexander) [Douglas]
Рођење: 1610
Свадба: <4> William Alexander [Alexander] b. 1604 d. 1638
Смрт: 1660
53/3 <3+2> w Gustavus Hamilton [Hamilton]
Рођење: 1642
Титуле : vicomte Boyne
Свадба: <5> Elizabeth Brooke [Brooke] d. 1721
Смрт: 16 септембар 1723

4

71/4 <5+5> w Gustavus Hamilton [Hamilton]
Свадба: <6> Dorothea Bellew [Bellew]
Смрт: 26 фебруар 1735
82/4 <6+4> Margaret Alexander (Sinclair) [Alexander]

5

91/5 <7+6> w Richard Hamilton [Hamilton]
Рођење: 24 март 1724
Титуле : vicomte Boyne
Свадба: <8> Georgiana Bury [Bury]
Смрт: 30 јул 1789
102/5 <8+7> Anne Sinclair (Swinton) [Sinclair]

6

111/6 <10+9> Jean Swinton (Scott) [Swinton]
Рођење: ~ 1716
Смрт: ~ 1750
122/6 <9+8> Gustavus Hamilton [Hamilton]
Рођење: 1749
Титуле : vicomte Boyne
Свадба: <10> Martha Somerville [Somerville]
Смрт: 1816

7

131/7 <11+?> Анна Рутерфорд [Рутерфорды]
Рођење: 1739
Смрт: 1819

Родился в Эдинбурге, в семье состоятельного шотландского юриста Вальтера Джона (1729—1799) и Анны Резерфорд (1739—1819), дочери профессора медицины Эдинбургского университета. Был девятым ребенком в семье, но, когда ему было полгода, в живых осталось только трое. В семье из 13 детей выжило шестеро.

...

По семейной традиции (и внутренней склонности) Томас Майн Рид-старший получил теологическое образование. По его завершении он женился на дочери известного и весьма уважаемого пресвитерианского богослова преподобного Самюэла Рутерфорда. Рутерфорды, как Майны и Риды, имели шотландские корни. К тому же они весьма гордились своим семейным прошлым — первые Рутерфорды попали в Ирландию вместе с войсками Вильгельма Оранского. Отличившись в решающем и весьма кровопролитном сражении у реки Бойн в 1690 году, они в числе многих были удостоены земельных наделов в одном из графств Северной Ирландии, да так там и укоренились. Интересно отметить, что по линии Рутерфордов Майн Рид приходится родственником великому Вальтеру Скотту: мать писателя Энн Рутерфорд — троюродная племянница родительницы шотландского барда. Ее семейная история, насыщенная событиями, как известно, в свое время вдохновила В. Скотта на создание знаменитой поэмы «Мармион» (1808).

Ему было небезразлично, что в его жилах течет — как ни неуместно звучит в данном случае эта метафора — «голубая кровь»: он происходил из рода Баклю, состоял в родстве с Мюррсями, Резерфордами, Суинтонами и Хейлибертопами, видными семействами Пограничного края. Среди его предков были Скотты из Хардена и Рэйберна; жившего в его время Скотта из Хардена он неизменно признавал главой своего клана. Кровь Мак-Дугаллова Кемпбеллов давала ему право считать себя кельтом, но он гордился тем, что ведет род от вождей пограничных кланов — грабителей, головорезов, фарисеев и выпивох, чьи подвиги обеспечили ему право на фамильный герб. Его отец, Вальтер Скотт, сын фермера, был адвокатом весьма примечательной разновидности — столь твердых принципов и такой кристальной честности, что многие клиенты зарабатывали на нем больше, чем ухитрялся заработать он сам, защищая их интересы. Рвение, с каким он вел их дела, обходилось ему в приличные суммы, которые он занимал, но забывал возвращать. Простота и прямодушие мешали ему содержать в порядке деловые бумаги. Чтобы уладить после его смерти все расчеты, понадобилось пятнадцать лет, причем многие долги так и остались невыплаченными. К несчастью для собственных детей, он был ревностным кальвинистом, и каждый воскресный день превращался для них в епитимью. Манеры его отличались чопорностью, а привычки умеренностью; для развлечения он читал отцов церкви и ходил на похороны. Представительная внешность делала его желанным гостем на погребальных церемониях, которыми он, по всей видимости, от души наслаждался, ибо весь личный состав дальних родственников находился у него на строгом учете с одной-единственной целью — не упустить удовольствия проводить их в последний путь; проводы эти иногда осуществлялись под его персональным руководством, а то и за его счет. Его жена Анна, дочь доктора Джона Резерфорда, профессора медицины Эдинбургского университета, была маленькой, скромной, безыскусной и общительной женщиной. Она любила баллады, всяческие истории и родословные. Сын Вальтер, которого и в дни его славы она продолжала называть «Вальтер, ягненочек мой», был ей предан. «Доброе матери невозможно представить, и если я чего-то достиг в этом мире, то главным образом потому, что она с самого начала меня ободряла и следила за моими занятиями» — в таких словах вылилось сыновнее чувство к умирающей матери.

Справив свадьбу в 1758 году, фермерский сын и дочь профессора поселились в узком грязном переулке под названием Якорный конец, а затем перебрались в столь же непрезентабельный Школьный проезд, что рядом со старым зданием Эдинбургского колледжа. Адвокат прилично зарабатывал, а жена одного за другим произвела на свет десять младенцев, из которых шестеро умерли в нежном возрасте. Это даже по тем временам считалось выше среднего уровня смертности, и в 1773—1774 годах переживший у грату отец, выбрав на площади Георга, рядом с Луговой аллеей, более полезный для здоровья участок, построил дом, где у него появились еще двое детей. Наш Вальтер, девятый по счету, родился в Школьном проезде 15 августа 1771 года. По странной иронии судьбы в этот же день, хотя двумя годами раньше, на Корсике родился мальчик, нареченный Наполеоном Бонапартом, которому предстояло оставить столь же глубокий, но менее стойкий след в истории, как нашему шотландскому младенцу — в литературе. Однако несколько лет казалось, что Вальтер не жилец на этом свете: раннее его детство — это бесконечные несчастные случаи, болезни, а также лекарства и процедуры куда более смертоносные, чем преследовавшие его недуги.

142/7 <12+10> Gustavus Hamilton [Hamilton]
Рођење: 1777
Титуле : vicomte Boyne
Свадба: <11> Harriet Baugh [Baugh]
Смрт: 1855

8

151/8 <13+?> Вальтер Скотт [Скотты]
Рођење: 15 август 1771, Эдинбург, Шотландское королевство, Соединенное Королевство
Свадба: <12> Шарлотта Карпентер (Скотт) [Карпентеры] d. 1826
Смрт: 21 септембар 1832, Эбботсфорд, Шотландское королевство, Соединенное Королевство
http://www.clanmacfarlanegenealogy.info/genealogy/TNGWebsite/getperson.php?personID=I14518&tree=CC

Сэр Ва́льтер Скотт (англ. Walter Scott; 15 августа 1771, Эдинбург — 21 сентября 1832, Эбботсфорд, похоронен в Драйбурге) — всемирно известный британский писатель, поэт, историк, собиратель древностей, адвокат, по происхождению шотландец. Считается основоположником жанра исторического романа.

Родился в Эдинбурге, в семье состоятельного шотландского юриста Вальтера Джона (1729—1799) и Анны Резерфорд (1739—1819), дочери профессора медицины Эдинбургского университета. Был девятым ребенком в семье, но, когда ему было полгода, в живых осталось только трое. В семье из 13 детей выжило шестеро.

В январе 1772 года заболел детским параличом, потерял подвижность правой ноги и навсегда остался хромым. Дважды — в 1775 и в 1777 годах — находился на лечении в курортных местечках Бат и Престонпанс.

Детство его было тесно связано с Шотландским Приграничьем (Scottish Borders), где он проводил время на ферме своего деда в Сэндиноу, а также в доме своего дяди близ Келсо. Несмотря на свой физический недостаток, уже в раннем возрасте поражал окружающих живым умом и феноменальной памятью.

В 1778 году возвращается в Эдинбург. С 1779 года учится в эдинбургской школе, в 1785 году вступает в Эдинбургский колледж. В колледже увлекся альпинизмом, окреп физически, и приобрел популярность среди сверстников как отличный рассказчик.

Много читал, в том числе античных авторов, увлекался романами и поэзией, особо выделял традиционные баллады и сказания Шотландии. Вместе со своими друзьями организовал в колледже «Поэтическое общество», изучал немецкий язык и знакомился с творчеством немецких поэтов.

Важным для Скотта становится 1792 год: в Эдинбургском университете он выдержал экзамен на звание адвоката. С этого времени он становится почтенным человеком с престижной профессией и имеет собственную юридическую практику.

В первые годы самостоятельной адвокатской практики много ездил по стране, попутно собирая народные легенды и баллады о шотландских героях прошлого. Увлекся переводами немецкой поэзии, анонимно опубликовал свои переводы баллады Бюргера «Ленора».

В 1791 году познакомился со своей первой любовью — Вильяминой Белшес, дочерью эдинбургского адвоката. В течение пяти лет пытался добиться взаимности Вильямины, однако девушка держала его в неопределённости и в конце концов предпочла ему Вильяма Форбса, сына состоятельного банкира, за которого и вышла замуж в 1796 году. Неразделённая любовь стала для молодого человека сильнейшим ударом; частички образа Вильямины в последующем не раз проявлялись в героинях романов писателя.

В 1797 году женился на Шарлотте Карпентер (Шарлотта Шарпантье)(1770—1826).

В жизни был образцовым семьянином, человеком хорошим, чувствительным, тактичным, признательным; любил свое имение Эбботсфорд, которое перестроил, сделав из него небольшой замок; очень любил деревья, домашних животных, хорошее застолье в семейном кругу.

В 1830 году он переносит первый апоплексический удар, который парализовал его правую руку. В 1830—1831 Скотт испытывает еще два апоплексических удара.

Умер он от инфаркта 21 сентября 1832 года.

В настоящее время в поместье Скотта Эбботсфорд открыт музей знаменитого писателя.

Вальтер Скотт начал свой творческий путь с поэзии. Первые литературные выступления В. Скотта приходятся на конец 90-х годов XVIII века: в 1796 году выходят переводы двух баллад немецкого поэта Г. Бюргера «Ленора» и «Дикий охотник», а в 1799 году — перевод драмы И. В. Гете «Гец фон Берлихингем».

Первым оригинальным произведением молодого поэта стала романтичная баллада «Иванов вечер» (1800). Именно с этого года Скотт начинает активно собирать шотландский фольклор и, как результат, в 1802 году выдает двухтомный сборник «Песни шотландской границы». В сборник вошло несколько оригинальных баллад и множество проработанных южно — шотландских легенд. Третий том сборника вышел в 1803 году. Всю читающую публику Великобритании более всего покорили не его новаторские по тем временам стихи и даже не его поэмы, а прежде всего первый в мире роман в стихах «Мармион» (на русском языке впервые появился в 2000 году в издании «Литературные памятники»).

Романтичные поэмы 1805-1817 годов принесли ему славу величайшего поэта, сделали популярным жанр лиро-эпической поэмы, которая совмещает драматичную фабулу средневековья с живописными пейзажами и лирической песней в стиле баллады: «Песня последнего менестреля» (1805), «Мармион» (1808), «Дева озера» (1810), «Рокби» (1813) и др. Скотт стал подлинным основателем жанра исторической поэмы.

Проза уже известного тогда поэта началась романом «Уэверли» (1814). Вальтер Скотт, при своем слабом здоровье, имел феноменальную работоспособность: как правило, он публиковал не менее двух романов в год. В течение более чем тридцатилетней литературной деятельности писатель создал двадцать восемь романов, девять поэм, множество повестей, литературно-критических статей, исторических трудов.

В сорок два года писатель впервые подал на суд читателей свои исторические романы. Как и его предшественники на этом поприще, Вальтер Скотт называл многочисленных авторов «готических» и «антикварных» романов, особенно его захватывала деятельность Мэри Эджуорт, в творчестве которой отображена ирландская история. Но Вальтер Скотт искал свой собственный путь. «Готические» романы не удовлетворяли его избыточным мистицизмом, «антикварные» — непонятностью для современного читателя.

После длинных поисков Вальтер Скотт создал универсальную структуру исторического романа, проведя перераспределение реального и вымышленного так, чтобы показать, что не жизнь исторических лиц, а постоянное движение истории, которое не может остановить ни одна из выдающихся личностей, является настоящим объектом, достойным внимания художника. Взгляд Скотта на развитие человеческого общества называют «провиденциалистским» (от лат. providentia — Божья воля). Здесь Скотт идет следом за Шекспиром. Историческая хроника Шекспира постигала национальную историю, но на уровне «истории королей».

Вальтер Скотт перевел историческую личность в плоскость фона, а на авансцену событий вывел вымышленных персонажей, на долю которых влияет изменение эпохи. Таким образом, Вальтер Скотт показал, что движущей силой истории выступает народ, сама народная жизнь является основным объектом художественного исследования Скотта. Его древность никогда не бывает размытой, туманной, фантастической; Вальтер Скотт является абсолютно точным в изображении исторической реалии, потому считается, что он разработал явление «исторического колорита», то есть искусно показал своеобразие определенной эпохи.

Предшественники Скотта изображали «историю ради истории», демонстрировали свои выдающиеся знания и таким образом обогащали знание читателей, но ради самих знаний. У Скотта не так: он знает историческую эпоху детально, но всегда связывает ее с современной проблемой, показывая, как подобная проблема находила свое решение в прошлом. Следовательно, Вальтер Скотт — творец жанра исторического романа; первый из них — «Уэверли» (1814) — появился анонимно (следующие романы вплоть до 1827 года выходили как произведения автора «Уэверли»).

В центре романов Скотта лежат события, которые связаны со значительными социально-историческими конфликтами. Среди них — «шотландские» романы Скотта (которые написаны на основе шотландской истории) — «Гай Маннеринг» (1815), «Антиквар» (1816), «Пуритане» (1816), «Роб Рой» (1818), «Легенда о Монтрозе» (1819).

Наиболее удачными среди них являются «Пуритане» и «Роб Рой». В первом изображено восстание 1679 года, которое было направлено против отреставрированной в 1660 году династии Стюартов; герой «Роб Роя» — народный мститель, «шотландский Робин Гуд». В 1818 году появляется том «Британской энциклопедии» со статьей Скотта «Рыцарство».

После 1819 года усиливаются противоречия в мировоззрении писателя. Ставить остро, как раньше, вопрос классовой борьбы Вальтер Скотт больше не осмеливается. Однако тематика его исторических романов стала заметно шире. Выходя за пределы Шотландии, писатель обращается к давним временам истории Англии и Франции. События английской истории изображены в романах «Айвенго» (1819), «Монастырь» (1820), «Аббат» (1820), «Кенилворт» (1821), «Вудсток» (1826), «Пертская красавица» (1828).

Роман «Квентин Дорвард» (1823) посвящен событиям во Франции времен правления Людовика XI. Местом действия романа «Талисман» (1825) становится восточное Средиземноморье эпохи крестовых походов.

Если обобщить события романов Скотта, то мы увидим особенный, своеобразный мир событий и чувств, гигантскую панораму жизни Англии, Шотландии и Франции, в течение нескольких веков, с конца XI к началу XIX века.

В творчестве Скотта 1820-х годов, при сохранении реалистичной основы, временами увеличивается присутствие и существенное влияние романтизма (особенно в «Айвенго» — романе из эпохи XII века). Особенное место в ней занимает роман из современной жизни «Сент-Ронанские воды» (1824). В критических тонах показано обуржуазивание дворянства, сатирически изображается титулованная знать. В 1820-х годах был опубликован ряд произведений Вальтера Скотта на историческую и историко-литературную тему: «Жизнь Наполеона Бонапарта» (1827), «История Шотландии» (1829—1830), «Смерть лорда Байрона» (1824). Книга «Жизнеописание романистов» (1821—1824) дает возможность уточнить творческую связку Скотта с писателям XVIII века, особенно с Генри Филдингом, которого он сам называл «отцом английского романа».

Романы Скотта распадаются на две основные группы. Первая посвящена недавнему прошлому Шотландии, периоду гражданской войны — от пуританской революции XVI века до разгрома горных кланов в середине XVIII века и более позднему времени: «Уэверли» (1814), «Гай Маннеринг» (1815), «Эдинбургская темница» (1818), «Шотландские пуритане» (1816), «Ламмермурская невеста» (1819), «Роб Рой» (1817), «Монастырь» (1820), «Аббат» (1820), «Сен-Ронанские воды» (1823), «Антиквар» (1816) и др.

В этих романах Скотт развертывает необыкновенно богатый реалистический типаж. Это целая галерея шотландских типов самых разнообразных социальных слоев, но преимущественно мелкой буржуазии, крестьянства и деклассированной бедноты. Ярко конкретные, говорящие сочным и разнообразным народным языком, они составляют фон, который можно сравнить только с «фальстафовским фоном» Шекспира. В этом фоне немало ярко комедийного, но рядом с комическими фигурами многие плебейские персонажи художественно равноправны с героями из высших классов. В некоторых романах — они главные герои, в «Эдинбургская темнице» героиня — дочь мелкого крестьянина-арендатора. Скотт по сравнению с «сентиментальной» литературой XVIII века делает дальнейший шаг на пути демократизации романа и в то же время дает более живые образы. Но чаще все же главные герои — это условно идеализированные молодые люди из высших классов, лишенные большой жизненности.

Вторая основная группа романов Скотта посвящена прошлому Англии и континентальных стран, преимущественно средним векам и XVI веку: «Айвенго» (1819), «Квентин Дорвард» (1823), «Кенильворт» (1821), «Карл Смелый, или Анна Гейерштейнская, дева Мрака» (1829) и др. Здесь нет того интимного, почти личного знакомства с ещё живым преданием, реалистический фон не столь богат. Но именно здесь Скотт особенно развертывает свое исключительное чутье прошлых эпох, заставившее Огюстена Тьерри назвать его «величайшим мастером исторической дивинации всех времен». Историзм Скотта — прежде всего внешний историзм, воскрешение атмосферы и колорита эпохи. Этой стороной, основанной на солидных знаниях, Скотт особенно поражал своих современников, не привыкших ни к чему подобному.

Данная им картина «классического» средневековья «Айвенго» (1819), в настоящее время несколько устарела. Но такой картины, одновременно тщательно правдоподобной и раскрывавшей такую непохожую на современность действительность, в литературе ещё не было. Это было настоящим открытием нового мира. Но историзм Скотта не ограничивается этой внешней, чувственной стороной. Каждый его роман основан на определенной концепции исторического процесса в данное время.

Так, «Квентин Дорвард» (1823) дает не только яркий художественный образ Людовика XI и его окружения, но вскрывает сущность его политики как этапа в борьбе буржуазии с феодализмом. Концепция «Айвенго» (1819), где центральным фактом для Англии конца XII века выдвинута национальная борьба саксов с норманнами, оказалась необыкновенно плодотворной для науки истории, — она была толчком для известного французского историка Огюстена Тьерри.

При оценке Скотта надо помнить, что его романы вообще предшествовали работам многих историков его времени. Для шотландцев он — больше, чем просто писатель. Он возродил историческую память этого народа и открыл Шотландию для остального мира и в первую очередь — для Англии. До него в собственно Англии, особенно в ее столице Лондоне, шотландской историей почти не интресовались, считая горцев «дикими». Произведения Скотта, появившиеся сразу же после Наполеоновских войн, в которых шотландские стрелки покрыли себя славой при Ватерлоо, заставили образованные круги Великобритании в корне изменить свое отношение к этой бедной, но гордой стране.

...

Слово «винахід» ми зазвичай ототожнюємо з науково-технічним прогресом. Але ж великих відкривачів було вдосталь і в літературі. Наприклад, Вальтер Скотт – чим не винахідник? «Основоположник історичного роману», «шотландський чарівник» – одним словом, геній! Залишається тільки покопирсатися у його родоводі та вкотре переконатися, що українських генів вистачає всюди. Адже, як виявляється, Вальтер Скотт, виходець із французького королівського роду Вермандуа, був прямим нащадком Гуго Великого – сина Анни Ярославни, а значить пра–пра–правнуком самого Ярослава Мудрого. До того ж у характері письменника була специфічна українська риса – терплячість: незважаючи на ляпаси, які час від часу давало йому життя, Скотт наполегливо та натхненно працював у шахтах історії, видобуваючи на поверхню скарби світової літератури. Тож йому можна сміливо присвятити слова вченого Жоржа Луї де Бюффона: «Геній є не що інше, як обдарованість великим терпінням».

182/8 <14+11> Gustavus Frederick Hamilton-Russell [Hamilton-Russell]
Рођење: 1798
Титуле : vicomte Boyne
Свадба: <13> Emma Russell [Russell] d. 1870
Смрт: 1872
163/8 <13+?> Томас Скотт [Скотты]
Смрт: 1823
174/8 <13+?> Даниил Вальтеров сын Скотт [Скотты]